Егор Егорович Егоров (1887 - 1949)

В 1933 г. в Свердловск приехал выдающийся певец, ученый и педагог Е. Е. Егоров, который вписал яркую страницу в русскую и особенно уральскую вокальную культуру. В течение года он читал лекции по вокальной методике в стенах Свердловского музыкального училища, а в 1934 г., вместе с талантливым композитором и пианистом М. П. Фроловым, Е. Е. Егоров принял активное участие в открытии консерватории. М. П. Фролов становится первым ректором (директором) консерватории, а Е. Е. Егоров - его заместителем (1934-1935); с 1935 по 1949 г. заведующим кафедрой сольного пения.

Е. Е. Егоров родился в Москве в семье бывшего крепостного и в десятилетнем возрасте лишился отца. С этого времени, будучи старшим в семье, Егор Егорович взял на себя заботы о матери и младших, которых было четверо. Жизнь в полуподвале одного из Арбатских переулков Москвы была близка к нищенскому существованию. Видимо, с этого времени начался туберкулез легких, хроническое заболевание дыхательных путей, а также ревматические заболевания, которые впоследствии укоротили Егору Егоровичу певческую карьеру.

Матери удается устроить мальчика в фельдшерскую школу. Основательные знания по физиологии и анатомии, приобретенные в школе, в дальнейшем пригодились в научной и педагогической деятельности Егора Егоровича. По окончании школы, в 18 лет, начинается работа помощником прозектора гистологической лаборатории Московского университета, где он общается с людьми науки, что, безусловно, способствует развитию юноши.

В это же время проявилась и страсть к пению. Спев как-то на одном из вечеров, Егор Егорович получил одобрение и совет о необходимости учиться пению. Как вспоминает О. И. Егорова, заслуженная артистка РСФСР, профессор Уральской консерватории, жена Е. Е. Егорова, случай приводит Егора Егоровича к В. М. Зарудной - Ипполитовой-Ивановой, профессору пения Московской консерватории, жене композитора М. И. Ипполитова-Иванова. (М. И. Ипполитов-Иванов услышал юного баса на одном из выступлений и сам привел его к В. М. Зарудной, напутствуя словами: «Молодой человек, вам надо обязательно учиться пению»).

Хорошие певческие и исполнительские данные привлекли внимание В. М. Зарудной, и в 1897 г. Егора Егоровича зачисляют в консерваторию вольнослушателем, а в 1898 г. он становится студентом 1 курса. В. М. Зарудная говорила, что за 40 лет педагогической деятельности она не имела в классе ученика одареннее Егора Егоровича.

Обратимся к учителям Егора Егоровича, к среде, в которой происходило становление дарования молодого певца.

«Вокальные корни» Е. Е. Егорова впечатляют. Сама В. М. Зарудная училась в Петербургской консерватории в классе Г. Ниссен-Саломан, а после ее смерти у К. Эверарди. Это были легендарные личности. Г. Ниссен-Саломан, шведка по происхождению, была любимой ученицей М. Гарсиа-сына, у которого изучала теорию и практику вокального искусства, брала уроки фортепианной игры у Ф. Шопена. Выдающийся певец и педагог К. Эверарди, ученик М. Гарсиа-сына и Ф. Ламперти, проживший многие годы в России, также органично вписался в русскую музыкальную культуру и воспитал огромную плеяду певцов, ставших золотым фондом русского вокального искусства.

После четырех лет обучения, в 1902 г. Е. Е. Егоров был приглашен в театр Частной оперы (театр Солодовникова) в Москве, имея в своем репертуаре ряд партий первого и второго положения.

К концу обучения в консерватории у него были полный диапазон, гибкое дыхание, красивый тембр, легкость пения, отличная дикция, а главное - действительно редкое для начинающего певца качество: умение все средства своего прекрасного голоса направить на реализацию художественных задач, сценических образов.

Так сложились обстоятельства, что вскоре начинающий певец исполняет труднейшую партию короля Рене в опере Чайковского «Иоланта». Вот одна из рецензий первого года работы Егора Егоровича в Частной опере по этому поводу: «За госпожой Поляковой» (мать народной артистки РСФСР, профессора Н. Д. Шпиллер) следует поставить на первое место и одновременно поздравить Частную оперу с приобретением новой, несомненно, в скором будущем крупной артистической величины - господина Егорова - отца Иоланты. Г-н Егоров, доселе малоизвестный, сразу выдвинулся исполнением этой партии в первые ряды, и теперь остается пожелать скорее увидеть его в других ответственных партиях. Обладая чудным басом, гибким по тембру и способным передать слушателю теплоту чувств, г-н Егоров показал себя очень тонким исполнителем. При безупречной дикции (каждое слово ясно слышно всему театру) он выказал большую чуткость к сцене, чуткость, так редко встречаемую в наше время у начинающих певцов. Игра его была свободна, и можно положительно пред-сказать, что в нем, кроме певца, разовьются богатые сценические данные».

В 1904 г., после двух сезонов работы в Частной опере, где молодой певец спел Рене в «Иоланте», Гремина в «Евгении Онегине», Неизвестного в «Аскольдовой могиле», Марселя в «Гугенотах», Пимена в «Борисе Годунове» и другие партии, Егор Егорович был приглашен в Киевский городской театр.

Для музыкального совершенствования Е. Егорова много значило общение с дирижером И. О. Палицыным и дружба с талантливейшим артистом В. А. Лосским, впоследствии одним из ведущих оперных режиссеров своего времени (в 1920-е гг. И. Палицын и В. Лосский работали В Свердловске). Сам певец считал этот период наиболее плодотворным и ярким в своей артистической жизни. Здесь он спел впервые Ивана Сусанина, Мельника, Мефистофеля.

В 1906 г. Егор Егорович дебютировал в Большом театре в партии Мефистофеля («Фауст»). Дебют прошел с выдающимся успехом, как отмечала пресса того времени. Таким образом, в 29 лет певец стал солистом Большого театра. За два сезона (1906-1908), которые он провел в Большом театре, им было спето более 15 партий. Кроме упомянутых выше, это Варяжский гость, Галицкий, Нилаканта, Спарафучилле, Андрей Дубровский, Рамфис и др.

Рецензии становятся еще более восторженными, чем в Киеве. Егор Егорович поет на открытии сезона в опере «Жизнь за царя» с А. Неждановой. Вот рецензия на этот спектакль: «Вчера в первый раз в настоящем сезоне была поставлена опера "Жизнь за царя". Театр был почти полон, среди публики было много учащейся молодежи. Опера прошла с большим подъемом и при оглушительных аплодисментах публики. Госпожа Нежданова - Антонида была прекрасна, г-н Егоров - Сусанин имел большой успех».

Два года работы певца в Большом театре являются расцветом его певческого творчества. Самые лестные рецензии отмечают гастроли Е. Е. Егорова в Петербурге, его сравнивают с Шаляпиным...

Однако творческая неудовлетворенность казенным театром, однообразие репертуара, а также болезнь, которая с каждым годом прогрессировала, привели к тому, что певец в 1908 г. оставил Большой театр. Еще два года он пел в театрах Петербурга, Одессы, Харькова, Кисловодска, и все-таки в 1910 г. 33-летний певец вынужден был из-за болезни прервать работу в театре и заняться вокальной педагогикой и научными исследованиями.

Завершая анализ певческой деятельности Егора Егоровича, хочется привести слова из замечательной рецензии на гастроли Большого театра в Петербурге, где один из выдающихся критиков А. Оссовский восторженно отзывается о Егоре Егоровиче: «Пел новый Мефистофель - г-н Егоров. Это еще совсем молодой артист, выросший в провинции и принятый теперь на Императорскую сцену в Москве. Довольно было нескольких первых фраз, спетых им, чтобы по зале пробежало животворною струею веяние настоящего дарования - молодого и здорового... Прекрасен, прежде всего, голос певца - свежий полнозвучный бас, очень красивого и приятного тембра. Большой по объему, он ровен на всем протяжении, а сила соединяется в нем с гибкостью и подвижностью. Артист владеет своим голосом с полной свободой, но лучшая черта в его вокальном искусстве та, что оно отдано в полное служение художественным замыслам. А последние интересны у г-на Егорова, и в них чувствуется незаурядная художественная интеллигентность. ...Говорят, провинциальная печать называет г-на Егорова вторым Шаляпиным, я не стану здесь призывать всуе это великое имя. Думается, высшая похвала для г-на Егорова в том, что он интересен не как повторение, а сам по себе».

Так закончилась певческая карьера певца, подававшего большие надежды, но пропевшего всего восемь лет. Начинается его новое восхождение в науке и в вокальной педагогике.

Вначале Егор Егорович занимается частной практикой, имея дело с сомнительным голосовым материалом, часто достаточно испорченным. Он вспоминал: «Я в течение последующих пяти лет формировался в вокального педагога, в основах метода которого, главным образом, был звук голоса певца, а не функции его голосового аппарата, что по существу было противоположным большинству применяющихся тогда в вокальной школе методических установок». Он начинает записывать свои мысли, наблюдения, возникшие в педагогическом процессе, постепенно формируется его педагогическое кредо, методические установки, все подвергается сомнению.

Затем Егор Егорович преподает в оперном классе музыкальной школы им. Лысенко, через некоторое время становится преподавателем Киевской консерватории, а потом - профессором сольного пения. В это время он пишет свою первую работу «Певец и его учитель», анализируя и обобщая свои первые педагогические шаги.

Стремление к самосовершенствованию, к общению с людьми, серьезно занимающимися наукой, методологией вокального искусства, приводит к тому, что в 1922 г. профессор переезжает в Москву, где начинает преподавать в консерватории и вести вокальные курсы в организованном Государственном институте музыкальных наук (ГИМН).

Начался плодотворнейший период творческой жизни: общение с профессорами Ф. Ф. Заседателевым, Л. Д. Работновым, Н. А. Гарбузовым, педагогами-вокалистами П. И. Тихоновым, М. В. Владимировым, И. Н. Салиным, В. А. Багадуровым и др. В это время Егор Егорович написал две работы, опубликованные в 1926 г. в трудах ГИМН`а: «Основы единого метода ГИМН`а» и «Культура музыкального слуха певца и постановка голоса»

Много времени и энергии отнимало у Егора Егоровича руководство вокальными курсами, главной задачей которых было воспитание педагогов-певцов. Много сил было отдано созыву в 1925 г. I Всероссийской конференции вокальных ученых и педагогов. С этого времени начинается подход профессора к главному труду его научной жизни - поэтапному написанию «Основ вокальной методики».

Егор Егорович читает курс «Методика сольного пения» слушателям вокальных курсов ГИМН`а и студентам педагогического факультета Московской консерватории. Он пишет работы «Об изменении динамики голосов» и «Расположение динамических характеристик в голосах певцов в условиях радио».

Третья работа, написанная в это время, - «Основные вопросы современной вокальной методики и педагогики». Она получила впоследствии вторую премию на конкурсе научно-исследовательских работ Комитета по делам искусств (первая не присуждалась). Эти труды явились началом фундаментальнейшей работы, которую впоследствии профессор защитил как докторскую диссертацию: «Методики сольного пения (Краткий курс)», состоящей из двадцати разделов.

Писать докторскую диссертацию Е. Е. Егоров начал в 1938 г., уже работая в Свердловской консерватории. В 1939 г. ему присуждено ученое звание профессора, в 1944 г. - ученая степень доктора искусствоведения, в 1948 г. - почетное звание заслуженного деятеля искусств РСФСР.

В своей педагогической деятельности Егор Егорович был противником абсолютизации дыхания в пении: он предпочитал комплексную певческую координацию. Стремясь поставить вокальную педагогику на научную основу, профессор вовсе не отрицал интуитивного пути в воспитании певца-актера.

Таким образом, можно сказать, что практическая педагогика Егора Егоровича была двуединой. С одной стороны, с частью учеников, имеющих выявленные голоса и комплекс способностей, профессор занимался по традиционной методике. Так было с народными артистами РСФСР, лауреатами Государственных премий В. И. Борисенко (солисткой Большого театра) и В. Н. Поповым (солистом Пермской оперы), с народной артисткой РСФСР А. А. Халилеевой, заслуженной артисткой РСФСР В. А. Китаевой и другими. В. А. Китаева вспоминала: «В работе со мной всегда было все естественно, просто, это касалось и вокальной технологии, и исполнительства, и человеческих отношений».

Другая сторона педагогики Е. Е. Егорова представляет особый интерес своей неординарностью. Это направление школы профессора - исправление тяжелейших недостатков, воспитание из малоперспективных студентов профессиональных певцов - подтверждает в полной мере состоятельность научных и педагогических принципов создателя школы.

Занятия с учениками, имеющими большие певческие недостатки (сипота, удаление узелков на голосовых складках), а также не имеющими достаточных профессиональных данных для обучения пению (так было с О. И. Егоровой), предполагали более жесткое педагогическое воздействие. С другой стороны, они требовали от учеников целеустремленности и воли в преодолении трудностей. Чаще всего в этой ситуации нужна была ломка неправильных рефлексов и создание новых.

Не потеряло актуальности в наше время стремление профессора к единому методу, к коллективности творчества, объединенного общими идеями, едиными устремлениями.

Часто метод педагога умирал вместе с его создателем. К счастью, этого не произошло с вокальной школой профессора Егорова, так как достойными продолжателями его идей и методико-педагогических принципов явились заслуженная артистка России, профессор О. И. Егорова и народная артистка России, профессор М. Г. Владимирова.

Думается, что усилия таких подвижников, как Е. Е. Егоров, во многом способствовали тому, что в уральской вокальной школе сохранилась преемственность поколений. Основные вокальные школы в своем общении друг с другом обогащаются и растут. Происходит сближение школ, вырабатываются единые подходы к различным проблемам вокальной педагогики - это то, о чем мечтал профессор Уральской консерватории, доктор искусствоведения Е. Е. Егоров.

(По материалам книги "Уральская государственная консерватория имени М. П. Мусоргского 75 лет истрии")